Книги онлайн Роман "Римская стена"

Римская стена (роман). Часть 1. Глава 1. Бабье летоНа чтение 13 мин

Предисловие к читателю

Дорогие читатели Открытой Семинарии и Духовного Миллионщика!

Как и было обещано, в этом году мы становимся свидетелями новых приключений героев Римского Лабиринта, с которыми мы и отправляемся в увлекательное путешествие по всему миру — по России, по Италии, по дальним островам… Книга, которую вы будете читать — это очень необычная книга. Ее события происходят в целом не в прошлом (хотя оттуда восходят), и не в будущем (туда простираются), но в настоящем. Более того, события этой книги настолько тесно спаяны с событиями современной нам жизни, что порой они будут определяться этими событиями… или даже предопределять их?

Книга эта писалась более 10 лет, и все еще пишется. Еще прежде, чем Римский Лабиринт был опубликован в 2012-ом в Москве (ЭКСМО), и даже прежде, чем в 2011-ом Римский Лабиринт вышел впервые на английском (Торонто), я уже работал над его продолжением.

Но я не думал, что эта работа так затянется, что в жизни произойдет столько перемен. Соответственно менялась и книга.

В течение более десяти лет я собирал материал, работал над сюжетом, над героями, новыми и старыми, стараясь понять их лучше, сделать их еще более живыми, интересными читателю. Но мои герои стали за 20 лет моего знакомства с ними такими живыми, что никак не хотели слушаться меня, автора, и влезали во всякие истории, из которых я их с трудом вытаскивал и вытаскиваю. Ну, то есть, все как в реальной жизни — да и почему «как»?

В общем, мои герои никак не хотят устаканиться и красиво закончить этот роман — как полагается трагедией, или, наоборот, «и жили они долго и счастливо». Кто в наши дни может жить долго и счастливо, и плевать при этом на то, что происходит в мире? А происходят в мире события, тоже прописанные в книге. В Апокалипсисе. То есть мы живем — хотим мы того или нет — во времена буквально исполнения Апокалипсиса. Но мы — люди, и мы — живем. Взлетаем и падаем, влюбляемся и разочаровываемся, находим и теряем… И все мы — участники, живые буковки Божией Книги Жизни, которая все еще пишется, и в которой есть строчечка, а может страничка, а может и целая глава — о вас.

Римская Стена, продолжение Римского Лабиринта, не просто развлечёт вас, не просто поможет обрести новых друзей, как вымышленных, так и реальных, здесь, и на Дзен-канале Открытой Семинарии, но, самое главное, поможет вам увидеть эту Жизнь как Открытую Книгу, которая все еще пишется, и в которой повесть вашей жизни может навеки покрыться позором или славою.

В общем, я тут решаюсь на радикальный эксперимент, и я не уверен, что кто-то когда-то так делал. Я буду писать книгу с открытым концом, книгу, ход которой отражает ход реальных, интересных жизней, ключевых, хотя и безвестных жизней современной истории — и на ход этой книги, как и на ход реальной жизни, будут влиять происходящие события, и даже замечания и наблюдения окружающих и участников этого действа — то есть всех нас. Да-да, вы где-то можете повлиять на ход действия, как, в общем, и на ход истории. Помните об «Эффекте бабочки». С него мы и начнем.

Не будем помещать события в далекое прошлое — поместим их в настоящее. Начнем с 11 сентября ушедшего 2021-го года. Это был, напомню, день Выборов. Поэтому я и выбрал его — потому что все в этой жизни, и в этой книге, зависит от выбора. И просто еще потому, что это был очень теплый день в Туле, так что некоторые люди еще загорали в парке. Впрочем, ниже все написано, что случилось, или могло случиться в тот день.

И еще: тем моим читателям, кто этого пожелает, Господь даст еще такой талант — читателя. Ведь хотя читать умеют многие, если не все, талант читателя — почти такая же редкая штука, как и талант писателя. Даже когда он имеется — его нужно развивать. Это относится и ко мне, ко всем. Поэтому я постараюсь перед каждой (или в конце каждой) публикацией очередной главы или фрагмента Римской Стены, уделять минутку развитию этого таланта, чтобы чтение принесло вам настоящие радость и счастье. И буду рад, как уже сказал, вашему близкому знакомству с героями романа, которые вас отныне слышат.

Постараюсь делать наши публикации периодическими, скажем — три раза в неделю. Растянется это удовольствие, думаю, на целый год! Поэтому, если вы не склонны к чтению романов (то есть, в случае с Открытой Семинарией — скорее притч), то не отчаивайтесь — Открытая Семинария не прекращает свою обычную работу, но только добавляет новую рубрику, которую можно было бы назвать Живая Книга. Потому что книга эта будет писаться на наших глазах — или она вообще никогда не напишется.

Итак, первое правило счастливого и талантливого читателя — как книги, так и жизни — это любовь. Спаситель рассказал нам притчу о несовершенном человеке, самаритянине, который остановился возле раненого, перевязал его раны, отвез в гостиницу, спас жизнь. Никто из нас не видел этого человека, но мы любим его, как любим мы и того израненного путника, в образе которого скрывается Сам Иисус Христос. Люблю — потому читаю! Мы снисходим к героям, мы переживаем за них, грешных и несовершенных, и мы соглашаемся играть по тем правилам, которые устанавливает книга — и тогда и эта книга, и ваша жизнь становятся еще живее.

Начнем мы с представления читателю нового героя, который в предыдущей книге уже вроде и был, но еще не обозначил и не проявил себя. И помните: Не всё то золото, что блестит; не все, кто блуждают, потеряны.

Приятного чтения с продолжением, продолжением. Как и в прошлый раз, когда я делился главами «Римского лабиринта», я буду приводить здесь, на ОС только самое начало очередной главы, или ее избранные места. Вся же глава будет публиковаться на моем сайте Духовный Миллионщик. Вы просто нажмете на ссылочку в конце текста — и откроется полный текст главы.

Приятного чтения!

P.S. Поскольку многие части этой книги, особенно те, что связаны с жизнью на острове, проистекают из личного опыта и переживаний моей семьи, то в качестве иллюстраций я буду использовать иногда наши семейные фото, потому что наша жизнь на острове во многом походила на жизнь на острове главных героев книги.

Часть 1

Эффект бабочки 

Глава 1

Бабье лето

11 сентября 2021, г. Тула, Россия

Доколе не порвалась серебряная цепочка, и не разорвалась золотая повязка, и не разбился кувшин у источника…

Екклеcиаст 12:6

Вкрадчиво хрустнула разогретая солнцем пластиковая бутылка. Молодой человек очнулся от легкой дремы и открыл глаза. По иронии судьбы этот хруст, и пробуждение молодого человека, и все события, которые последуют вослед, сделаются звеньями упорной цепочки судьбоносных событий нашей с вами истории. Так что многие эпизоды повседневной современной истории, свидетелями и участниками которых нам судил быть Бог, уверенно легли на свой новый, неожиданный для многих курс, когда в тот теплый сентябрьский полдень в центральном парке города Тулы хрустнул бок полупустой бутылки кваса…

Впрочем, невидимая эта цепочка судьбоносных мелочей тянется к нам с вами уже давно… Мы тоже являемся звеньями этой цепочки, нам тоже дана власть быть героями (или антигероями) раскрытой Книги, пишущейся на Небесах. Мы посмотрим лишь на несколько последних звеньев этой цепочки, и станем свидетелями истории, которая если еще и не произошла, то значит непременно вскоре, на наших глазах произойдет. Ведь пишется не просто книга – пишется Книга Жизни.

Итак, молодой человек, придремавший было под нежным, заботливым солнышком бабьего сентябрьского лета, открыл глаза. Был будний день, и на пляже кроме него и Вики не набиралось и десяти человек. Слева, расположившись на траве, курили подростки. Справа, на скамеечке, грелись на солнышке дед с бабкой. Вода была холодная, и хотя день выдался тихий и теплый, в пруду никто не купался. Толик, впрочем, купался до последнего – пока вода в пруду не покрывалась первой коркой льда.

Но до льда было еще далеко. Толик перевернулся и лег на бок. Раскладушка при этом противно взвизгнула, продолжив эту странную, невидимую, извилистую непрерывную цепочку Судьбы. От скрипа раскладушки проснулась Вика. Судьба заговорила ее милыми устами: — Ну вот, — сказала она одним из своих не самых приятных голосов, — я так и знала – отдохнуть сегодня не удастся. — Что ж мне – не шевелиться? – слабо оправдывался Толик, — у меня нога занемела. — И зачем ты притащил эту дурацкую раскладушку? — не слыша его продолжала Вика, — Надо же, не поленился. Как дурень со ступой с ней носишься. Лежал бы на одеяле.

Ее рыжие волосы, подсвеченные будто специально для этих целей созданным осенним солнцем, пахнули на него живым теплом женщины. Теплая волна нежности укрыла на время его одиночество, принесла утешение. Но тут же ему пришло холодное осознание, что если бы не эти рыжие волосы, так напоминавшие ему о другой, то он бы ни за что не сошелся, даже на время, с такой крайней степени эгоисткой, как Вика. — На одеяле муравьи закусают, — буркнул Толик. — Меня они почему-то не кусают. — Отравиться боятся, — ответил Толик. Впрочем, сказал он это поворачиваясь на раскладушке, которая заглушила его признание потоками железного визга.

Сам не зная почему, он постоянно подыгрывал Вике, тем самым только дразня ее. Ему нравилось слышать ее красивый, сильный голос, который, впрочем, изрекал обычно всякие невинные глупости. И Толик наслаждался этим голосом, его вибрацией, которая из ее груди передавалась прямо ему, резонируя с его грудной клеткой, оживляя уснувшую диафрагму.

Вика приподнялась с одеяла, чтобы оглядеться, не прислушивается ли кто к их разговору. Ее красивое лицо невозможно было испортить ничем, даже почти всегдашним выражением глупости. Убедившись, что рядом никого не было, она сняла очки, чтобы эффектнее пригвоздить обидчика. — Сам ты отрава, — сказала она не так уверенно, как ей хотелось бы. – Еще раз так скажешь — уйду.

— А-а, — безразлично зевнул Толик. Вика достала крем для загара и зачем-то стала втирать его себе в ноги. Толик снова зевнул. — Животное, — сказала Вика ни к кому не обращаясь. Раскладушка в ответ проскрипела что-то ехидно-железное. Сам Толян внутренне смеялся над происходящим, наблюдая за всем как бы со стороны. Он теперь вел себя точь в точь как зеркало этой капризной девчонки. Сейчас она увидит в нем себя – и бросится рвать ему волосы. Но она не бросилась. — Ты еще запомнишь этот день, — пророчески заявила Вика, — то он, типа, жить без меня не может… Да ты только без компа своего жить не можешь.

Это было правдой, и Толику сказать было нечего. Придя вчера вечером к Вике он так увлекся разбором одного интересного закрытого ресурса, что она и уснула не дождавшись его ласки. Он так и просидел всю ночь за компьютером выуживая из закрытых источников информацию о месторасположении затонувших кораблей, и только под утро, выложив прежде засекреченные данные в общий доступ, он прилег отдохнуть с мыслями о том, что жизнь, возможно, не напрасно прожита.

И так было уже не раз, и это утверждение о ненапрасности жизни должно было звучать в его душе, как колокол, каждый день. И, да, Вика была права – без компа своего он жить не мог. Вот только она не видела его дальше компа – возможно потому, что он не позволял ей. Но расплачиваться за это ему приходилось дорого – уважением своей подруги. Он мог бы добиться ее уважения очень легко – завалить подарками, удивить, ошеломить, приоткрыть немного свои возможности… И она пошла бы за ним с открытым ртом. Но Толик не доверял ни ей, ни ее постоянству, ни ее прекрасным устам.

Он был всего на пять лет старше Вики, но ему казалось, что она происходит из совершенно другого поколения. «Здравствуй, племя – младое, незнакомое» — вспомнились ему откуда-то слова. Сегодня ему исполнялось 30 лет, хотя об этом знал один только человек на всем белом свете – он сам. Также ни один из живущих не знал, что настоящее его имя было не Анатолий Степанов, как значилось во всех документах, но Геннадий Кострыкин, который вот уже 13 лет как числился погибшим.

Толик повернулся к Вике задом и раскладушка снова жалобно заскрипела. Ему хотелось, чтобы она подошла к нему, наклонилась, поцеловала. Но он знал уже, что она этого не сделает – упрямая гордячка. А Вике хотелось в туалет (что тоже было одним из невидимых, но крепких звеньев этой цепочки), поэтому она сказала: — Я пошла. И не вздумай, — это «не вздумай» у нее получилось пожалуй чуть тверже чем Вике хотелось, — за мной идти.

Эта нечаянная твердость, происходящая отчасти от желания Вики поскорее опорожнить мочевой пузырь, прибавила твердости одному из самых слабых звеньев этой цепочки – неизбежному связующему звену любой цепочки, название которому – Cherchez la femme (фр. «ищите женщину»).

Раскладушка в ответ ехидно скрипнула. Вика собрала вещи и защелкнула сумочку. Платье решила пока не надевать – знала, что Толику нравится ее фигура. К тому же она сегодня в первый раз надела свой новый купальник – с роскошной бабочкой во всю попу. «Он ведь, осел упрямый, все равно не повернется, — справедливо решила Вика, глядя на демонстративно «спящего» Толика. — Придется идти к центральному выходу. А там уж на троллейбус».

И, покачивая увенчанными крылышками бедрами, она двинулась в сторону центрального входа-выхода из парка – то есть в ту сторону, в которую отвернулся Толик. Искушая его в последний, возможно, раз.

Глава 2

Поделитесь своими мыслями ниже, в комментариях.

Оставить комментарий очень просто. Напишите ваше имя или НИК и эл. почту (возможно, даже нерабочую) и делитесь вашими мыслями в комментариях. Регистрация единоразовая.

Мы в соцсетях

Солёное радиоTelegram, YouTube, ВКонтакте, Яндекс Дзен

Открытая семинарияTelegram, YouTube, ВКонтакте, Яндекс Дзен

«Новости христианства» — Telegtam, Facebook, ВКонтакте

4.5/5

You Might Also Like

No Comments

    Leave a Reply

    Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.