Библия - Блог Священного Писания

Лингвистические исследования помогают точнее понимать значение слов и выражений в библейских языках.
Наше знание ветхозаветного древнееврейского языка стало неизмеримо богаче благодаря открытию свитков Мертвого моря. Среди этих свитков были найдены списки древнееврейских текстов, на несколько веков более древние, чем любые известные нам дотоле.
Надписи, подобные обнаруженной в водопроводном туннеле Езекии в Иерусалиме, проливают свет на язык эпохи, когда создавались важнейшие тексты Ветхого Завета.

Тексты из Рас Шамры (Угарита) были написаны наугаритском языке, который, как и древнееврейский (а также арамейский и арабский), принадлежит к семитской языковой семье. Многие тексты из Рас Шамры, посвященные религиозным темам, содержат почти те же фигуры речи, что и Ветхий Завет, и помогают нам лучше понять язык Ветхого Завета — особенно таких его поэтических книг, как Псалтирь.
Тексты, написанные на эллинистическом диалекте древнегреческого языка, проясняют для нас язык книг Нового Завета. Так, сейчас, изучив частные письма эллинистической эпохи, мы знаем, что послания Павла — не просто литературные произведения эпистолярного жанра, а действительно личные письма к друзьям. И по языку, и по структуре они похожи на те послания, которые обыкновенные люди писали на папирусе примерно в то же время.
Каков смысл того, что говорится в Библии?
Ответить на этот вопрос не всегда просто. Ибо здесь мы, по существу, имеем дело не с одним, а сразу с двумя вопросами:
* что значил тот или иной текст Библии тогда?
* что он значит теперь?
Теоретически ученые-библеисты стараются их разделять. Однако сделать это нелегко. Очень часто исследователи попросту привносят в реконструкции первоначального смысла Библии свое личное, современное понимание темы. Так называемая «высшая критика» неизбежно оказывается более субъективной, чем «низшая критика».
Тем не менее вопросы, которые ставит «высшая критика», очень важны, и их нельзя игнорировать, если мы хотим правильно понять смысл Писания.
* Каждый текст Библии является для нас сегодня частью чужой нам культуры. Нынешние люди совсем не похожи на древних греков или римлян не говоря уже о хананеях или египтянах. И нам придется в известной степени переосмыслить и перефразировать их слова, если мы хотим, чтобы они оказали на нас такое же влияние, как на современников.
Люди, принадлежащие к разным культурам, очень часто могут вкладывать в одинаковые слова совершенно различные понятия. Возьмем, к примеру, древнейшее христианское исповедание веры: «Иисус есть Господь». Для римлян и греков, живших в I веке христианской эры, сказать «Иисус есть Господь» значило всего лишь поставить Его в один ряд с такими почитаемыми в религиях Востока божествами, как «Госпожа Изида» или «Господь Серапис».
С другой стороны, для иудеев слово «Господь» (по-гречески кюриос) было личным именем Единого истинного Бога Ветхого Завета (Яхве), и для них уже сказать «Иисус есть Господь» значило неизмеримо больше.
Какой же ряд ассоциаций правилен? Слова, взятые сами по себе, не играют решающей роли для понимания мысли автора. Их необходимо воспринимать в надлежащей исторической и культурной перспективе — а здесь уже открывается поле работы для «высшей критики».
* Библия —не просто книга, а скорее уж целая библиотека. Ветхий Завет — это, кроме всего прочего, еще и национальный архив еврейского народа, и различные «документы» из этого архива в различные периоды истории использовались по-разному.
Например, в книге Псалмов много говорится о царе, который правит в Иерусалиме как наместник Бога. До вавилонского плена эти псалмы пелись в качестве торжественных гимнов во время храмовых богослужений. Позднее, когда монархия прекратила свое существование, их стали понимать в совершенно ином смысле, и уже в самой Библии мы обнаруживаем свидетельства новой интерпретации.
То же, хотя и в меньшей степени, видим мы и в Новом Завете. Евангелия отразили веру и проповедь первых христианских церквей — но смысл, который эти церкви вкладывали в евангельские повествования, не обязательно совпадал с тем, как понимали слова Иисуса слушавшие Его галилеяне.
Скажем, у рассказанной Иисусом истории о потерянной овце в Новом Завете есть по крайней мере два значения: одно относится к труду проповедника, который идет к людям, не ведающим Бога (Лк. 15:1-7), а другое — к деятельности пастыря, заботящегося о тех, кто уже стал членом Церкви (Мф.18:10-14).